Самое поганое, что мне заложили в детском моем периоде развития, это – резкая боязнь отвержения.
Меня всегда пугало быть отверженным. Это сейчас я узнал, и не так давно, что это всё генетическая наша память, которая настроена так, чтобы мы “держались племени”, а иначе – погибель.
Один случай из детства очень повлиял на меня. Мне объявили бойкот. Это слово впечаталось мне в память очень надёжно, как нечто ужасное. Мне было 10-11, и, я не помню, чего такого натворил, родители объявили мне бойкот. И вот то, что бойкот «объявляется» особенно пугающе звучало тогда.
Я помню, искал коммуникации в тот день хоть с кем-нибудь из людей, но – это был единый сговор, таким способом родители решили меня проучить.
Страх, трепет и глубокое чувство вины. Расчет мира взрослых был породить во мне этот набор эмоций. Всё так и случилось. Я метался в отчаянии, помню. Да, отчаянное опустошение.
“Верните меня снова к себе, примите”, типа, “расколдуйтесь, я всё понял, всё усвоил”
Это было какое-то щемящее и очень глубокое чувство. Я его очень хорошо запомнил.
Ты – изгнан. Изгой. Почувствуй, каково это – когда ты никому не нужен. Когда наказание станет невыносимым – возвращайся и племя будет решать, на каких условиях тебя принимать обратно.
Это очень сильная манипуляция. Опыт, который потом заставляет тебя всегда сканировать ситуацию с целью предвидеть и избежать отвержения. Быть начеку.
Почему…
Я думаю, отвержение тебя условно “племенем” пугает тем, что сеет внутри сильное ощущение неопределенности, шаткости и потери понимания твоей судьбы. Например, когда ты – уволен = изгнан. Источник этой дрянной эмоции – неопределённость. Дискомфорт неопределенности, было всё ясно – теперь нет.
Чему меня научила эта вшитая где-то глубоко боязнь быть отверженным…
Мне очень нравится выражение: выиграть можно лишь в игре, где правила устанавливаешь ты сам. Оно такое, громкое, даже какое-то примитивное, но это не исключает его жизнеприменимости.
Я стал создавать племена = круги общения сам. Ты не можешь быть изгнан из племени, которое ты собрал, зато ты можешь покинуть его без сожаления тогда, когда тебе это будет нужно.
Я не примыкал к компаниям, где существует вероятность быть отвергнутым или где такое отвержение станет для меня большой потерей. Или, если все же примыкал, то сразу готовил себя к тому, что однажды придется отколоться.
Да, это расчет.
Ну и третье – лекарство от всех наверное проблем ментального характера – самодостаточность.
Самодостаточность – призрачное понятие, потому что подразумевает полную независимость, которая, как я считаю, недостижима все-таки. Но – выдрессировать себя в духе быть вольным жечь любые мосты – возможно и важно.
